Личная страничка участника    

Фамилия       N участника          

Занимательная лингвистика
Вопрос Светозара

 


   Писатели детства

Большую часть своей недлинной жизни детский писатель Юрий Третьяков (1931–1985) прожил в родном городке Борисоглебске на воронежской земле. Но его книги выходили в московских издательствах, их знали и любили дети в разных областях и республиках Советского Союза, о них продолжают вспоминать, становясь взрослыми.

О творчестве Юрия Фёдоровича Третьякова рассказывает историк литературы, прозаик Сергей Фёдорович Дмитренко (г. Москва).

Ошибка писателя Юрия Третьякова

Запас чувства юмора у Юрия Третьякова, как видно, был неисчерпаем – какой его рассказ ни откроете, в какую повесть ни заглянете, на вас накатами пойдут волны смешного, весёлого, ироничного.

«В выходной Олег хотел встать рано, а встал почему-то поздно. Наверно, потому, что, ложась спать, дал себе слово начать заниматься с шести утра. А когда проснулся, было уже половина десятого. Олег выпил чашку чая с печеньем. Завтракать не захотел: какой тут завтрак, когда надо беречь каждую минуту!» (рассказ «Расшибалочка»).

«Шурка шёл на ходулях! Это происходило во дворе дома № 25 по Электросигнальному переулку. А с высоты Шурка мог видеть, что делается в соседнем дворе – такие это были громадные, невиданные ходули!.. Шурка чувствовал себя, как космонавт. Глядя на зрителей сверху вниз, он кричал:

 – Уйди! С дороги!

И это было только начало. Все каникулы Шурка решил посвятить хождению на ходулях. Может, он и вовсе отвыкнет ходить на ногах – будет только на ходулях!» (рассказ «“Электросигналы” на сорняках»).

А вот – в рассказе «Ошибка Радика и Женьки» – строгая учительница математики Анна Ефимовна ставит в пример пятиклассникам, боящимся прививок, своего сына. «Ай-ай-ай, такие взрослые мальчики... у меня сын Эммануил меньше вас и то ничего подобного не боится». Да, соглашается хулиганистый Витька Крюков, «этот Эмма и правда ничего не боится: глянула бы Анна Ефимовна, как он цепляется за машины! А задира! И в жошку лучше его нет игрока, хоть обойди ты все городские и железнодорожные школы. Анна Ефимовна нам не велит в жошку играть, а у самой сын – прямо чемпион! Правой ногой набивает сто раз, левой – восемьдесят». Этот Эмма в рассказе так и не появится, но характер создан!

Любимые герои Третьякова – мальчишки-непоседы,  выдумщики, переполненные разнообразными идеями, искатели приключений всюду: во дворе родного дома, на улице, в школе, в пионерском лагере. Одного из таких, Витьку по прозвищу Витамин, не берут в поход из-за многих озорных прегрешений, совершённых в первые же дни лагерной смены, – но он не горюет: у него будет собственный поход, поинтереснее общего! (рассказ «Витька Витамин»). А в руки шестиклассника Васи случайно попал старинный кожаный кошелёк – и решил Вася «посвятить свою дальнейшую жизнь накоплению капитала» (повесть «Вася-капиталист»)...

При чтении книг Третьякова вспоминается замечательное стихотворение Владимира Луговского «Мальчики заводят на горе древние мальчишеские игры...», завершающееся незабываемой строфой:

Мальчики играют в лёгкой мгле.

Сотни тысяч лет они играют.

Умирают царства на земле

Детство никогда не умирает.

А сам Третьяков в автобиографической заметке писал так: «Могу без преувеличения сказать, что всё моё творчество в той или иной форме связано с родным городом, с воспоминаниями борисоглебского детства. Именно Борисоглебск с его чудесной речкой Вороной, лесом, лугами, садами и уютными улочками является местом, где развёртываются приключения маленьких героев моих повестей и рассказов».

Но нельзя не заметить: как раз у Третьякова, создателя своего жизнерадостного, бессмертного мира детства, лучшие детские годы пришлись на войну – в сорок пятом ему исполнилось всего четырнадцать лет. Его Борисоглебск был прифронтовым городом, здесь располагалось немало госпиталей, так что уже в школьные годы Третьяков повидал немало людских бед и страданий. Однако в отличие от множества писателей Юрий Фёдорович в творчестве не обращался к своим впечатлениям военных лет, он, кажется, ничего о войне не написал. Почему? Может быть, потому, что не хотел говорить о тяжёлых мировых потрясениях, которые могут совпасть с вашим собственным, единственным детством, справедливо считал их аномалиями. И вместе с тем полагал – о чём свидетельствуют все его книги, – что и в радостной круговерти обычного детства вдосталь драм и душевных переживаний, которые необходимо преодолеть и пережить.

С другой стороны, возможно, именно впечатления военного времени повлияли на то, что после успешного окончания средней школы Третьяков поступил в медицинский институт. И позднее, когда в его жизни стала главенствовать литература (мединститут Третьяков оставил и поступил в Литературный институт имени А.М. Горького), в, как всегда, весёлой повести «Рыцари Берёзовой улицы» (есть такая улица в Борисоглебске!) он вывел подростка Лёню, которого все называют просто «Манная Каша»; таких в народе бесхитростно относят к городским дурачкам, а медики – к умственно неполноценным.

Но Третьяков никогда не поучает, не наставляет – он зримо и ярко показывает. И так во взаимоотношениях с Лёней Манной Кашей героев его повести, хороших, по сути, ребят, разворачивается сложная, трудно управляемая взрослыми тема детской жестокости, первоначальной нравственной нечуткости, когда беда, болезнь другого воспринимается равнодушно, а то и с насмешкой. Ещё полвека назад на нескольких страницах своей повести, словно подхватив уроки толстовского «Детства», Третьяков показал – самим детям, своим читателям, – как сложно устроен их вроде бы беспечальный мир, как он переплетается с тем большим миром, в который детям в конце концов предстоит перейти.

И то сказать, в современной детской литературе проблеме взаимоотношений между детьми разных социальных слоёв и разных психических складов уделяется немало внимания, но как же неуклюже, как с непременной оглядкой на всяческие педагогические и социопсихологические теории и авторитеты это делается! А Юрий Третьяков просто рассказывал, и, хотя однажды его назвали «философом детства», это был, наверное, самый незанудливый философ всех времён и народов.

И в жизни Третьякову, кажется, везло. У него стали выходить одна за другой книжки, его приняли в Союз писателей – самым молодым из всех, кто писал для детей, а в 1960-х годах его имя стояло в первом ряду детской литературы, рядом с именами Николая Носова, Юрия Сотника, Виктора Драгунского, Радия Погодина, Иосифа Дика... Но в Москве Третьяков не задержался, уехал в Воронеж, ближе к родному Борисоглебску. И в Воронеже дела его шли успешно, издавались новые книги, но он в конце концов осел в Борисоглебске. Может быть, надеялся, что на родине обретёт новые литературные успехи? Будет ещё ярче рассказывать о том, что знал много лучше других именитых детских писателей, – о детстве и детях вне столиц, в российской бескрайней глубинке?! Теперь неудача этого выбора налицо: как видно, не всегда тесное сближение с миром, о котором ты повествуешь, оказывается сближением благим...

В родном Борисоглебске о Юрии Фёдоровиче помнят. Несколько лет назад назвали его именем городскую детскую библиотеку (сам он был неусыпным книгочеем). Но, как выяснилось, и книги Юрия Третьякова тоже не пребывают только в благодарной памяти его бывших читателей, которые давно стали взрослыми. Недавно их стали переиздавать – и вдруг (а может, и не «вдруг», а «разумеется») оказалось, что у них и сегодня множество читателей, что они мгновенно раскупаются, что тиражей не хватает. Пусть только книгами, но этот прекрасный писатель детства в большой мир возвратился! Вас эти книги ждут тоже.

Другие статьи раздела "Писатели детства"

© 2004 МИМЦ "Русская филология"  
e-mail: info@svetozar.ru

Москва-соотечественникам | Олимпиада | Занимательная лингвистика | Словарь юного филолога | Учебник Светозара
Вопрос Светозара | Золотое перо | Письма Светозару | Гостевая книга