Личная страничка участника    

Фамилия       N участника          

Занимательная лингвистика
Вопрос Светозара

 


   Психологический практикум

Ведущая рубрики «Психологический практикум» Марина Анатольевна Павлова предлагает поразмышлять о выборе профессии, о некоторых забытых играх и о словах, называющих профессии. А ещё вы узнаете о том, кто такие «архаисты» и «новаторы», когда речь идёт о заимствованиях, как одевались раньше извозчики и что носят современные спичрайтеры.

Кем быть? Как говорить? Что носить?

Жизнь течёт, язык меняется, общество волнуется. Многим нашим юным читателям скоро предстоит выбирать дело, которым они будут заниматься после школы. То есть профессию. Почти 80 лет назад В. Маяковский написал стихотворение «Кем быть?», в котором герой размышляет, кем быть лучше: столяр`ом или плотником, строителем или шофёром, лётчиком или матросом. И делает вывод: «Книгу переворошив, / намотай себе на ус – / все работы хороши, / выбирай / на вкус!»

А как в современном мире выбрать профессию? Как разобраться, чем придётся заниматься? Лётчика или матроса мы можем увидеть в жизни и на экране. А кто такая, например, стюардесса и как вы её себе представляете? Даже если вы никогда не летали на самолёте, то сразу скажете: стюардесса – служащая морского или воздушного судна, самолёта, молодая девушка в элегантной нарядной форме. Как выглядит врач-хирург, тоже все знают. В белом или зелёном халате, в операционной, с медицинскими инструментами. Многим врачи пришли на помощь, спасли жизнь. А чем занимается повар? Пожарный?

В прошлом веке дети часто играли «в магазин, в поликлинику, в школу, в детский сад». Один становился продавцом (учителем, воспитателем), а другие покупателями (пациентами, учениками, детьми в детском саду). Такие игры помогали получить самое первое представление о том, какие профессии нужны в обществе. Ваши бабушки и дедушки в детстве мечтали вырасти и стать пожарными, космонавтами, лётчиками, врачами, водолазами, поварами, продавцами мороженого. И сначала будущие профессии осваивались в игре.

А ещё раньше, больше ста лет назад, играли в извозчика и его пассажиров. Кто-то один изображал важного извозчика, другие седоков. Горожане начала века, даже дети, отлично знали, что извозчики делятся на несколько категорий. Владельцы самых дешёвых экипажей, возившие «простую» публику, назывались «ваньки», а богатые клиенты (кавалеры с дамами, офицеры, богатые купцы) нанимали «лихача», чтобы с шиком пронестись по улице, вызывая восторг и зависть прохожих. Были городские извозчики, носившие форменную одежду, – «голубчики». Извозчики даже становились героями художественных произведений. Таким, например, увидел извозчика поэт Николай Заболоцкий:

Сидит извозчик, как на троне,

Из ваты сделана броня,

И борода, как на иконе,

Лежит, монетами звеня.

А бедный конь руками машет,

То вытянется, как налим,

То снова восемь ног сверкают

В его блестящем животе.

Теперь многие профессии, связанные с извозом, с лошадьми, исчезли. С появлением поездов, автомобилей, трамваев, автобусов, метрополитена потребовались водители, кондукторы, машинисты, слесари, техники по  ремонтуподвижного состава. Мы знаем, как они одеты, чем занимаются. А как вы представите себе, например, сисадмина (системного администратора)? Или менеджера (управляющего)? Как они выглядят? Где работают? И как в них играть? Пока, кажется, единственный аксессуар, который свойствен внешнему виду менеджера, – это галстук. И необходимость соблюдать в одежде деловой стиль. А вот что он делает на рабочем месте, не вполне ясно. Тем не менее психологи выяснили, что многие молодые люди на вопрос «Кем ты работаешь?» хотели бы отвечать: «Я работаю менеджером в крупной компании».

Старые профессии не исчезли из нашей жизни, но к ним добавились новые. Более трёхсот лет назад Пётр Первый «прорубил окно в Европу», и в это окно хлынули многочисленные иноплеменные (иноязычные, заимствованные, как мы сейчас говорим) слова. Именно из голландского к нам пришли шторм и яхта, шлюз и шлюпка, руль и рупор, флаг и баркас. Связано это было, конечно, с тем, что первое европейское путешествие молодой Пётр совершил в Голландию, где, мечтая о мощном русском флоте, изучал корабельное дело. Есть предмет – есть и слово, которым предмет называется. Есть профессия – есть слово, которое её обозначает. Так вместе с «морскими» профессиями пришли в русский язык слова штурман и юнга.

С иноязычными словами пытались бороться. В начале XIX века общество разделилось на архаистов-шишковистов (последователей адмирала Шишкова, считавшего, что русский язык переполнен заимствованными словами) и новаторов-карамзинистов (последователей историка и писателя Карамзина). Шишков обвинял сторонников Карамзина в неумеренном использовании иноязычных слов (эпоха, катастрофа, гармония), его раздражали неологизмы (сосредоточенность, переворот), искусственные настоящность, будущность, начитанность, промышленность. Архаисты предлагали говорить мокроступы вместо галоши и блуждалище вместо лабиринт.

Конфликт был вызван, как это часто случается, искренней любовью к предмету спора (русскому языку) и желанием защитить его. Горячий спор архаистов и новаторов закончился очередной победой русского языка. В литературу вошёл Пушкин, примиривший в своём творчестве возникшие противоречия. А французское жилет превратилось в русскую жилетку, мокроступы уступили место калошам (сейчас и последнее почти исчезло вместе с этой резиновой обувью), без слова промышленность трудно представить современный учебник истории или химии.

Некоторые слова остаются в языке, но меняют (или расширяют) значение. Известна анекдотическая ситуация, когда школьник в «Капитанской дочке» Пушкина никак не мог понять фразу «Он распечатал письмо и стал читать его вполголоса», потрясённо спрашивая: «А разве принтеры тогда были?» Конечно, мы теперь реже получаем бумажные письма и распечатываем конверты. Гораздо проще распечатать на принтере письмо, пришедшее по электронной почте. Но во времена Екатерины II и Пугачёва распечатать (открыть) письмо можно было только одним способом. А теперь разными!

Но вернёмся к выбору профессии. Да, старые профессии сохранились, но теперь они сосуществуют с новыми. Появился даже «Атлас новых профессий», в котором рассказывается о девятнадцати основных отраслях (экология, медицина, биотехнология, ИТ-сектор, робототехника, энергосети…) и о 160 профессиях, которые будут востребованы в ближайшие 15–20 лет. Многие названия профессий и занятий (блогер или блоггер? айтишник или специалист по информационным технологиям?) ещё даже не вошли в литературный русский язык, не прижились в нём. Интересно, где мы будем работать, во что одеваться и как говорить через 15–20 лет?

Итак, жизнь течёт, язык меняется, общество волнуется, лингвисты наблюдают. А вот вопросы для любителей моды: что такое чиносы, приживутся ли они в нашем быту и в нашем языке? И носят ли спичрайтеры чиносы?

Другие статьи раздела "Психологический практикум"

© 2004 МИМЦ "Русская филология"  
e-mail: info@svetozar.ru

Москва-соотечественникам | Олимпиада | Занимательная лингвистика | Словарь юного филолога | Учебник Светозара
Вопрос Светозара | Золотое перо | Письма Светозару | Гостевая книга